Михаил Лермонтов

Михаил Лермонтов

Духовный уровень

Михаил Лермонтов вошёл в земное воплощение с девятого духовного уровня. Его главными задачами были развитие милосердия и веры в Бога; испытание властью и материальными ценностями, а также щедрость и благодарность относились, по его словам, к первой половине жизни. Поэтический дар должен был стать средством этого роста.

Из воплощения Лермонтов вышел на седьмой уровень. Он связывал это понижение со своими эмоциями: ему не удалось развить милосердие и веру в Бога, преодолеть уныние и обиду на Бога. Материальный мир он воспринимал как бесполезный, пустой и игрушечный; в Бога верил, но видел в Нём прежде грозного судью, а не Любовь.

Источники: #659

Семья, детство и непринятие

Родителями Лермонтова были Юрий и Мария — дворяне-помещики; Мария была моложе мужа. Семья владела землями, несколькими деревнями и людьми, а крестьяне приносили ей доход деньгами или скотом. Мария рано умерла от чахотки. Лермонтов связывал её уход с грубостью Юрия: тот изменял жене и бил её, отчего она впала в депрессию.

Смерть матери стала для ребёнка опытом, которого он не мог понять и принять. Лермонтов связывал с этим свои частые болезни и сыпь: непринятие мира, по его словам, отразилось на теле. С возрастом сыпь прошла, но само непринятие сохранилось. Отсутствие отца он также пережил как оставление: ему казалось, что Юрий бросил его, как прежде мать.

Лермонтов просил бабушку отпустить его жить к отцу, однако она говорила, что без него заболеет и умрёт от тоски. Когда он ненадолго уезжал с отцом, ей действительно становилось плохо. Эта привязанность позднее обернулась конфликтами: бабушка контролировала его, писала письма, расспрашивала о поездках и приезжала к нему в Москву, а он ссорился с нею и стремился к одиночеству.

Ирина видит Лермонтова молодым невысоким худым мужчиной с короткими тёмными волосами, тёмными глазами и пронзительным взглядом, небольшим лицом, маленьким носом, длинными руками и сравнительно короткими ногами. Хромоту он связывал с детскими болезнями суставов, вероятно ревматизмом и их повреждением.

Источники: #659

Общение, юмор и внутренняя боль

Одиночество Лермонтова было внутренним: среди друзей он не всегда находил понимание своих интересов. При этом у него было много знакомых и приятелей, он посещал встречи, праздники и балы, ездил на природу, ходил в театр и на литературные вечера. Политика казалась ему неинтересной, тогда как общение с деятелями искусства привлекало.

Он не считал себя постоянно грустным: то, что чувствовал, выражал в стихах. Лермонтов любил шутить, но за едкими шутками скрывалась боль. Он не стремился унижать собеседников и принимал за смешное то, что другим причиняло обиду. Позднее он говорил, что хотел бы иначе переживать эмоции, простить мать, отца и бабушку за контроль, не обижаться на слухи и насмешки о себе.

Детское непринятие, по его словам, перешло во взрослую жизнь и мешало близости с женщинами, друзьями и бабушкой. Лермонтов был чрезвычайно чувствителен к энергиям и сущностям; ему приходили мысли от разных сущностей. Ирина полагала, что в современности его могли бы назвать экстрасенсом. Сам Лермонтов признавал обидчивость и склонность «накручивать» себя, а её духовной причиной считал непринятие реальности в сердце.

Источники: #659

Поэзия, свобода и предчувствия

Лермонтов чувствовал Духов природы и Духовный мир; к нему приходил Ангел. Свой поэтический дар он считал данным его Духом — невоплощённой частью Духа, или Высшим Я. Дар был усилен, чтобы через стихи передать людям красоту и сложность человеческих чувств. Для него он также был инструментом урока милосердия и веры в Бога: любить и восхвалять Творца означало показывать Его прекрасные качества поэтическим словом.

В «Мцыри» Лермонтов видел не только историю оставшегося одного мальчика, но и собственный образ, своё желание бежать из мира. Он особенно помнил яркость образов поэмы. «Смерть поэта» он посвятил Александру Пушкину, с которым был знаком заочно и которого мельком видел в Петербурге.

Образ демона был для Лермонтова символом свободы — гордого Духа, не зависящего от других и строящего собственную реальность. Ему были близки гордость и ум этого образа. Священник Иоанн, с которым Лермонтов переписывался и встречался в Петербурге, считал демона в его произведении слишком добрым для демона.

«Предсказание» принято считать пророческим стихотворением о революции 1917 года и Ленине. Лермонтов, однако, называл его предупреждением: уже при его жизни он видел опасность свержения царской власти, деятельность анархистов, социалистов и террористических организаций, распространявших лозунги среди студентов, и чувствовал за этими силами большое будущее. «Сон» он считал вещим сном, а не пророчеством: Высшее Я и Душа показали ему один из вариантов будущего — смерть на юге от пули. Сон должен был побудить его прийти к Богу, молиться, прощать и любить, но предупреждение, по его словам, не было понято до конца.

Лермонтов читал Байрона и любил его произведения, однако не встречался с ним в Духовном мире и не подтверждал их общих прошлых воплощений.

Источники: #659

Варенька Лопухина и жизненные планы

Вареньку Лопухину Лермонтов помнил как чистое, небесное создание, которое его утешало. Он рассказывал ей о жизни и детстве. При этом он не женился на ней, поскольку любил свободу и не хотел связывать себя обязательствами: он учился на военного, рассчитывал заниматься и литературой, и военной карьерой, а жениться хотел позднее, когда встанет на ноги.

У него были мелкие обиды на Лопухину, но сильной ревности он не признавал. После земной жизни они духовно не встречались.

Источники: #659

Кавказ, дуэль и смерть

На Кавказ Лермонтова направили воевать за интересы Российской империи, стремившейся присоединить часть кавказских земель. Первоначально его хотели послать простым солдатом, но отправили офицером. До этого за другую дуэль наказали его самого, тогда как вызвавший его соперник, по его словам, избежал наказания благодаря связям во Франции. На Кавказе Лермонтов участвовал в сражениях с чеченцами и черкесами; там же служил Николай, знакомый ему ещё по Петербургу.

Во время затишья друзья отдыхали в доме, где проходил бал. Николай пришёл в одежде горцев, с кинжалом на боку, и был с девушкой. Лермонтов публично пошутил ей, чтобы она была осторожна: у Николая, возможно, есть кое-что столь же большое, как кинжал. Николай счёл это унижением и вызвал его на дуэль.

Лермонтов принял вызов, потому что отказ представлялся ему позором, способным разрушить карьеру: старшие офицеры презирали отказавшихся от дуэли и переставали продвигать их. Участники должны были стрелять одновременно из пистолетов примерно с тридцати метров. Лермонтов направил свой пистолет в сторону и вверх, Николай — в него. После выстрела Лермонтов почувствовал острую боль в груди, увидел кровь и понял, что умирает.

По историческим справкам, его тело около двух часов лежало одно под дождём и грозой. Этот рассказ не совпадает с тем, что Лермонтов помнил о людях, подбежавших к нему после падения; временную последовательность он не мог восстановить.

Источники: #659

Уход из воплощения и Шимора

После смерти Лермонтов оказался в Духовном мире. Соединившись со своим Духом, он почувствовал, что был многими разными людьми и не только людьми. Осознав понижение уровня, он решил снова воплотиться на планете, где ему помогут его повысить; Дух выделил часть себя для воплощения на Шиморе. Его новое воплощение называется ЛанХрасса, а сам Лермонтов находится на Шиморе.

До жизни Лермонтова этот Дух был воплощён на Земле на двенадцатом уровне плотности как Дух стихии воздуха — плазмоид, или Сильфид. Всего в этой манвантаре у него было 662 воплощения, из них пять на Земле: три в тонкоматериальных мирах и два в плотноматериальном. Одним из плотноматериальных было тело Лермонтова; другое, вероятно, относится к XII веку и территории Южной Америки, к племени инков.

Лермонтов связывал ранний уход с гордыней, выросшей из обид и непринятия мира. Встречу с Николаем и вызов на дуэль он считал неслучайными, но сам вызов — свободной волей Николая. Если бы дуэли не произошло, впереди, по его мнению, оставались другие смертельно опасные обстоятельства, в том числе возможность погибнуть в бою через несколько месяцев. Ангелы не вмешались, потому что он не просил их о защите и духовном развитии, обращаясь лишь за тем, что считал нужным сам.

На Шиморе, по словам Лермонтова, учат работать с обидой и гневом не борьбой с чувствами, а вниманием к непринятию, которое их породило. Он отвечал об этом из памяти последнего шиморского воплощения и помнил свою работу и её способы. ЛанХрасса, как он говорил, счёл бы прежние страдания и метания незначительной блажью; сам Лермонтов признавал, что во многом накручивал себя.

Источники: #659

Память и нынешняя оценка

Лермонтов говорил, что, находясь в нынешнем воплощении, чувствует идущие от Земли радость и благодарность. Его стихи и творческое наследие, по словам Ирины, помогают многим познавать Бога и красоту Божественного мира души. Его произведения продолжают читать, некоторые из них экранизированы, а чтение пробуждает у людей любовь к поэту.

Он встречался в Духовном мире с матерью, ушедшей на восьмой уровень, и с отцом, ушедшим на одиннадцатый; следил ли он за новым воплощением матери, Лермонтов не знал. После земной жизни детей у него не осталось. Ирина уточняла, что в настоящем присутствует фантом с личностью, памятью и сознанием Лермонтова, тогда как его Дух уже прошёл смерть, воспоминание прошлых жизней и новое рождение.

Дата рождения остаётся отмеченной расхождением: Лермонтов указал 3 октября 1814 года, официальной датой названо 15 октября. Ирина считала возможным объяснение разницей календарных стилей, однако Лермонтов не говорил по новому стилю.

Источники: #659

Источники

Основные источники

• #659 — "Михаил Лермонтов: кармические уроки, творчество и жизнь на планете Шимор"